Тема: Герои мифов и легенд: Фома и Ерема

[Dmitri Saksa]

Фома и Ерема - персонажи древе русских повестей.
Знакомясь с этими героями (как и с героями повести о Ерше Ершовиче), мы входим в особую область культуры Древней Руси — в ее «смеховой мир». Люди той эпохи любили и умели смеяться — весело и добродушно, но и зло, обидно... В произведениях устного творчества и в книжной литературе смех был направлен на внешних врагов, но также и на «своих»: высмеивали глупых и неумелых, трусливых и ленивых, обманщиков и клеветников, ябедников. Доставалось и боярам, и дворянам, и простым людям. Не боялись смеяться над судом, над церковными обрядами, над учеными людьми, пьяницами, лекарями, монахами. В литературе и фольклоре сложились устойчивые способы осмеяния: человек, явление, предмет становились особенно смешными, если им придавались уродливые черты, если недостатки до крайности преувеличивались, становились неправдоподобными, приобретали нелепый характер. Творцы смешного любили пародировать действительность (суд в рыбьем царстве — пародия на человеческий суд) — так острее обнажались пороки; реальный мир как бы выворачивался наизнанку и уже без покро-вов представал своими нелепыми, глупыми, смешными сторонами. Фома и Ерема — персонажи из этого смехового, вывернутого мира, но читатель хорошо видел за литературными образами живых людей. Они — братья, близнецы («за един человек, лицом единаки»), неразлучные в делах и помыслах. Впрочем, «приметами они разны»:

Ерема был крив, а Фома с бельмом,
 Ерема был плешив, а Фома шелудив.

Обратите внимание: повесть написана почти вся так называемым раёшным стихом, фразы строятся как бы на принципе параллельности — одна о Фоме, другая о Ереме, по смыслу они сталкиваются, но и сливаются, так как разница между братьями лишь внешняя, а по существу они совершенно одинаковы. Повесть состоит из ряда эпизодов, случаев из жизни братьев: все напоминает житийную икону с клеймами, только житие здесь явно пародируется, потому что герои не способны ни на какое дело, ничего не умеют, и им всегда не везет, всякий раз они попадают в смешную или опасную для них ситуацию.
Фома и Ерема — выходцы явно не из народной среды: их называют иногда торговыми людьми, иногда дворянскими детьми, просто знатными. Тем смешнее несовпадение их родовитости с внешним видом простолюдина.

На Ереме зипун, на Фоме кафтан,
 На Ереме шапка, на Фоме колпак,
 Ерема в лаптях, Фома в поршнях.

Все, что они пытаются делать, — невпопад. Приходят в церковь и попадают на клирос, начинают петь, а Фома вопит. Пономарь просит за молебен, но денег у них нет, и он «осердился на них:

Ерему в шею, Фому в толчки,
 Ерема в двери, Фома в окно...»

Встретившись после этого, они рассуждают:
«Чего нам бояться, заодно мы бежим». Пришли на пир, у одного в руках гусли, у другого — орган; первым делом принялись за пиво: «сколько пьют, а больше на землю льют, чужого добра не берегут». Стали играть и напевать — не понравились:

Ерему дубиной, Фому рычагом.

Отправились на охоту -- ничего не убили, спрятались от мужиков:

Ерема ушел в рожь, а Фома в ячмень,
 Ерема припал, а Фома прикорнул,
Ерему сыскали, Фому нашли,
Ерему кнутом, Фому батогом,
Ерему бьют по спине, Фому по бокам.

Убегая от побоев, зацепили на дороге сани, и опять

— Ерему бьют по ушам, Фому по глазам.

И смерть пришла к ним такая же нелепая.

«Захотелось им, двум братьям, рыбки половить.
Ерема сел в лодку, Фома в ботник.
Лодка утла, а ботник без дна.
Ерема поплыл, а Фома не отстал.

И как будут они среди быстрой реки, наехали
на них лихие бурлаки.
Ерему толкнули, Фому выбросили,
Ерема упал в воду, Фома на дно
— Оба упрямы, со дна не бывали...»

Сюжет о Фоме и Ереме пользовался большой популярностью в народной среде, вошел в репертуар скоморошьих потех, бродячих кукольников. В XVIII веке он изображался на лубочных картинках, перешел в сказку и песню, в устном исполнении это произведение можно было слышать еще в начале XX века. Текст, конечно, постоянно варьировался, менялись и вносились новые живые подробности, но содержание оставалось неизменным: родившаяся в Древней Руси история о незадачливых братьях оказалась удивительно близкой и созвучной по своей смеховой природе людям других эпох.

[Dmitri Saksa]

про поговорку : " Я ему про Фому,а он мне про Ерёму! " слышал, но не догадывался, что всё  может оказаться так интересно.   

[Vlad Hawk]

И как будут они среди быстрой реки, наехали
на них лихие бурлаки.

 
Надеюсь уловил самую главную мысль - Наезжалово было уже тогда!