Легенду эту в свое время услышал со слов одного очень интересного человека и увлеченного сокольника, помню тогда она меня очень впечатлила и врезалась в память (рассказчик к тому же был очень умелый). Наверняка, легенда эта многим сокольникам известна. Киргизы так в своих сказаниях объясняют определенные сложности в использовании чеглоков для охоты. Довольно давно был в моей жизни период стихоплетства, продлившийся всего несколько лет, вот тогда и появилось это стихотворение, навеянное когда-то услышанной старой легендой...
ЧЕГЛОК.
Люди издавна птиц приручали:
Дерзких ястребов, грозных орлов.
На джейранов и уток пускали
В дикой скачке ручных соколов.
Но обиду не стерли годы.
Людям больше не верит чеглок
И охотится только свободным
Гордый маленький соколок.
В бедной юрте, под вой метели
Он впервые увидел свет.
Песни матери в колыбели
Охраняли его от бед.
Незаметно промчалось время:
Стал высоким, раздался вширь.
Вот уж ногу вставляет в стремя
Не мальчишка, а богатырь.
Плечи парня прочнее стали.
С сотней воинов сладить мог.
В Междуречье все люди знали,
Как могуч богатырь Чеглок.
И однажды туманной ночью
К юрте их подскакал гонец.
У огня помрачневший очень
Долго слушал его отец.
Молча слушал, что слабо войско,
Что стоят у границ полки,
Как погибли друзья геройски,
Как коварны и злы враги.
Утром сыну велел он строго
Слушать хана, как слушал отца,
И Чеглок заседлал в дорогу
Быстроногого жеребца.
На прощанье сказал невесте:
- Ты дождись, я вернусь к тебе.
Мы ведь клялись всегда быть вместе, -
И умчался на верном коне.
Обнял хан Чеглока как сына,
Пыль дорожную с плеч отер,
Предлагал дорогие вина,
Пригласил отдохнуть в шатер.
- Битва страшная неизбежна.
Враг коварен, силен и жесток.
У народа одна надежда –
На тебя богатырь, Чеглок!
- Мудрый хан, отдыхать довольно,
Коль до битвы всего три дня.
Пусть поможет мне ветер вольный,
Прикажи заседлать коня!
Третий день подходил к закату.
Наконец, за большим холмом
Он увидел врагов проклятых,
Шли кто с кольями, кто с мечом.
Без доспехов, в одежде рваной
Пастухи, да народ простой,
Но послушный приказу хана
Он ворвался в их плотный строй.
Словно кречет в вороньей стае
Разъяренный Чеглок мелькал.
Богатырской камчой стегая,
Он врагов до седла рассекал.
Диким барсом Чеглок сражался.
Строй врагов на глазах редел.
Страшной молнией меч вздымался
Над кровавою грудой тел.
Дрались храбро, не отступали.
Вдруг у конских копыт возник,
Не боясь смертоносной стали,
Безоружный седой старик.
Ты сражаешься хану в угоду.
Где же Правда твоя, человек?
Мы умрем как один за свободу,
Но рабами не будем вовек!
Хан сжигал наши юрты и степи.
Наши дети и жены в плену,
Наши братья закованы в цепи.
Мой народ ненавидит войну!
- И отцом я обманут и ханом!
Спрыгнул наземь Чеглок с коня.
- За погибших, за кровь и раны,
Если хочешь, убей меня!
Пусть рука твоя меч направит.
Хочешь мести пронзи мою грудь!
- Мой народ твоя смерть не избавит.
Помоги нам свободу вернуть.
- Что ж, старик, я верну вам свободу,
Ваши семьи из плена верну.
Вы сражаетесь долгие годы,
Но, клянусь, я закончу войну!
Конь устал, но летел, как ветер,
Мчался быстро, как только мог.
- Скоро хан мне за все ответит.
Подгонял скакуна Чеглок.
Весь в пыли и жестоких ранах
Он спокойно вошел в шатер.
Как щенков расшвырял охрану
И на хана взглянул в упор.
- Как посмел ты сюда явиться,
Предав хана и славу отцов!
Ты сгниешь в ледяной темнице,
Я скормлю тебя своре псов!
Взять шакала, - хан крикнул страже.
Но коснулась меча рука.
И не двинулись с места даже,
Пряча взоры от глаз Чеглока.
А Чеглок, не повев и бровью,
хану тихо в ответ сказал:
- Я твоей ядовитой кровью
Не хочу замарать кинжал.
Ты немедля отпустишь пленных,
Что украл и награбил вернешь,
А иначе, клянусь Вселенной,
Ты жестокою смертью умрешь.
Хан отдал приказанья жестом,
Все, что велено, сделал в срок.
И к селенью своей невесты
Поскакал по степи Чеглок.
Истомившись от долгой разлуки,
Он едва не загнал коня.
Вдруг, услышал гулянья звуки,
Смех веселый людей у огня.
Он подъехал. Все смолкли неловко,
Лишь невеста, глаза опустив,
Прошептала: «Ты ездил долго,
Я чужая теперь, прости…».
Третий раз Чеглока обманули,
И, измены людей кляня,
У обрыва над Иссык-Кулем
Он камчою хлестнул коня…
Но за миг до того как разбиться,
Когда смерть была так близка,
Превратился в гордую птицу,
В быстрокрылого чеглока…
Люди издавна птиц приручали:
Дерзких ястребов, грозных орлов.
На джейранов и уток пускали
В дикой скачке ручных соколов.
Но обиду не стерли годы.
Людям больше не верит чеглок
И охотится только свободным
Гордый маленький соколок.
Он предательства не забудет,
Хоть прошли с той поры века.
Никогда не приручат люди
Непокорного чеглока.
